В альбоме моей матери Цыплевой Клавдии Васильевны сохранился снимок, на котором девушка в солдатской форме, а на обороте надпись: «Подруге Клаве от Вальки. Зима 1944 года». Я помню, как не мог узнать, что «вот эта строгая тетя Валя», которую мы встретили, и есть та самая «Валька» в солдатской шапке набекрень. Рассказываю сегодня об этом Валентине Ивановне. Она смеется… Столько лет прошло!
Валентину Ивановну Фомичеву в Вязниках очень многие знают, как знают обычно тех, кто воспитывает детей. Через их, как принято говорить, руки, души и сердца проходило сначала одно поколение, затем поколение детей, а потом внуков и правнуков. В общем, куда ни кинь в городе, попадешь в знакомого. Тем более, что последние годы перед пенсией она возглавляла коллектив детского комбината № 23, что на улице Чехова.
Сидим в доме Фомичевых. Нет смысла, конечно, говорить о том, что кроме добрых воспоминаний у Валентины Ивановны накопилось много почетных грамот, которые когда-то воспринимались как естественное внимание государства. А сегодня - это еще и память, это сегодня еще и повод для размышлений, что далеко не все измеряется в жизни деньгами….
Про женщин на войне у нас долго не принято было говорить: так уж получилось, что по сути только два литературных произведения о них: «А зори здесь тихие…» и «У войны не женское лицо». На умолчание повлиял навет, что у женщин на фронте «негласные мужья» были.
- Какие там мужья, - хохочет Валентина Ивановна, - в женских батальонах хорошо, если один старшина был из мужиков-то из «годных к нестроевой» после ранения, да и тот возраста наших отцов, как в фильме «А зори здесь тихие». У нас, помню, двое было: старшина и зам. по вооружению. Нет, там никаких «мужей» не могло и быть: два года изо дня в день ходили в наряд по охране особо важных объектов. Командирами ставили своих же девушек после курсов… Кто побойчее был да чуток постарше, на курсы посылали.
Валентина Фомина (это её девичья фамилия) в 43-м только что закончила педагогическое, когда пришла повестка. Можно было найти массу причин, чтобы повременить с фронтом, но она хотела «отомстить за брата» и не стала эти причины выдавать в военкомате. Брат Виктор Фомин - выпускник Вязниковского льно-техникума, погиб в Витебске, куда распределился еще до войны как молодой специалист. Он успел повоевать в партизанах и погиб во время облавы карательного отряда.
Девушка рвалась в бой - велик был патриотический настрой, но судьба распорядилась так, что служить довелось в части, которая не вела бои.
В июле 1943 года молодого бойца Валентину Фомину направили стрелком в 159 стрелковый полк войск НКВД. Учебный сбор был в Люберцах, и сразу же их отправили на охрану секретных подземных объектов. Режим - самый суровый.
- Да, я всю службу охраняла такие объекты, а по-настоящему повоевать мне пришлось только однажды. Стою на ночном посту как-то… Молодые были, страшно, конечно, а как же не страшно, когда темень, шорохи, лазутчики, шпионы и диверсанты чудятся вокруг. Днем на занятиях только ведь о них и разговор и учеба об отражении нападения… Стою я, значит такой кромешной ночью одна-одинешенька и слышу: кто-то подбирается к моему секретному объекту. Кусты в темноте закачались, зашелестел листвой враг… Сдрейфила немножко, конечно, не без этого, но грозно кричу, как положено: «Стой, кто идет!». Стихло, а потом опять - шорох, ору, что есть мочи тогда: «Стой, стрелять буду», и выстрелила в воздух. В кустах громко замычала корова… Как она попала к нашему объекту, ума не приложу. Хорошо, что не застрелила её. Разбирали мое поведение утром. Все правильно я сделала, благодарность от командования получила. Вот так я «повоевала»…
Конечно, на фронте разные специальности нужны были, не все попали на передовую, но настрой молодых парней, да и девушек был такой, что каждый стремился в бой. Как муж Валентины Ивановны…
В ноябре 1945 года демобилизовалась Валентина Фомина, приехала домой в Вязники, устроилась воспитателем в детский сад и встретила в 1947 году фронтовика Владимира Фомичева, с которым и прожила жизнь, воспитав двух сыновей. В отличие от жены Владимир Васильевич не только успел понюхать пороху, но побывал в самом страшном пекле войны - в боях под Сталинградом. Там он оставил правую руку, получил много осколочных ранений.
Фронтовик Фомичев тогда научился не только работать левой рукой, но и рисовал так, что люди по сию пору хранят его работы. Израненный кавалер ордена Красной Звезды и самой боевой солдатской медали «За отвагу» Владимир Фомичев рано ушел из жизни и не довелось ему увидеть следующие поколения Фомичевых. Один сын, майор в отставке, живет в Шуе, другой, подполковник - в Новосибирске. Пять внуков у Валентины Ивановны и два правнука.
Что за сверхсекретные объекты охраняла Валентина Ивановна, и сама толком не знает, как она говорит. А может, скрывает по сию пору. Подписку о неразглашении давала же… Поколение фронтовиков не меняет стиля жизни.

Владимир ЦЫПЛЕВ.
НА СНИМКАХ: В.И. Фомичева сегодня;
подруге от Вали 1944 год;
фронтовик Владимир Фомичев научился
рисовать левой рукой.
Фото автора из семейного архива.