Александр Александрович Агафонов родился в семье военного. Его отец во время Великой Отечественной войны был командиром пехотной роты, прошел всю войну был несколько раз ранен, контужен, имеет боевые ордена и медали. Мать родом из заречинской деревни Жуково. Хотя Александр родился в Курлове Гусь-Хрустального района, но с 10 лет живет в Вязниках, куда отца, работника военкомата, перевели по службе. Учился в школе, ПТУ, по комсомольской путевке работал в Тольятти на строительстве «Автоваза». Потом – армия.
Служил Александр в Азербайджане, в батальоне химзащиты, армейская специальность – химик-дегазатор. Сколько пришлось пролить пота на учениях! Летом, в сорокаградусную жару «воевали» в противогазах и ОЗК. «Полсапога пота, - вспоминает Александр, - в полной защите. Так каждый день, в течение двух недель...
В 1970 году Александра Агафонова как отличника «боевой и политической подготовки» (был секретарем комсомольской организации части) наградили юбилейной медалью «В честь 100-летия со дня рождения В.И.Ленина».
Когда демобилизовался, вернулся в Вязники, устроился работать на завод «Текмашдеталь» шлифовщиком. Не оставался в стороне и от общественной работы: был членом завкома профсоюза, председателем цехового товарищеского суда. В связи с этим посещал народный университет правовых знаний, а вскоре ему было предложено стать народным заседателем областного суда.
В чернобыльскую командировку Александра Агафонова направили от военкомата 11 сентября 1987 года. Учтя его армейскую специальность, назначили командиром взвода инженерно-строительной техники. Взводу было придано 7 БАТов (больших армейских тягачей). «Занимались дезактивацией местности, - вспоминает Александр Александрович, - ножи БАТов снимали полметра грунта, который увозили в могильник. Вместо него насыпали привозной песок – «делали пустыню». Приходили дозиметристы, замеряли уровень радиации – «нормально». Сведения подавались в штаб, оттуда рапортовали. Через денек-другой, особенно если дождик пройдет, уровень опять повышался, а рапорт-то ушел. Из-за таких вот рапортов дозы радиации ликвидаторам снизили, а время командировок увеличили». Его взвод работал и на площадке строительства пятого и шестого энергоблоков, которые были готовы процентов на 60, а теперь нужно было их разбирать. Александр Агафонов руководил погрузкой и вывозкой железобетонных конструкций. Он вспоминает курьезный случай: «Стоят в кассете бетонные панели 3 на 3 метра, полметра толщиной: «Ребята – бегом!. Цепляем краном одну. Кран на базе МАЗа, грузоподъемность – 8 тонн. Вира! Панель не шелохнется. Посмотрели, а там краской написано на каждой 22 тонны. Внутри – свинец. Отцепляй!».
Как командир взвода, Александр Агафонов приходил на место предстоящих работ первым. Оставив ребят в укрытии, звал дозиметриста. Тот делал замеры, и взводный писал мелом (в сырую погоду – краской), где и сколько рентген. Если участок не полит водой, то вызывалась поливочная машина, хотя такое редко случалось: поливали в обязательном порядке до пяти раз в день, чтобы прибить радиоактивную пыль.
Из средств защиты у ликвидаторов была марлевая повязка «лепесток» и пропитанная специальным раствором одежда. Вечером, после отбоя Александр Агафонов приходил в штаб батальона, где висели общие списки с проставленными дозами радиации. Он выписывал данные на своих ребят и вносил в списки, висевшие в расположении роты. Еще тогда он заметил, что многое делается формально: учитывалась только полученная в зоне радиация, а она была повсюду. Когда он приехал в Чернобыль в сентябре, норма была 25 рентген. Через месяц дозу уменьшили до – 15, потом до 10 рентген. Считалось, что радиация уменьшается (согласно тем «рапортам»).
Александр Агафонов пробыл в Чернобыльской командировке 90 дней. По документам, он получил 9,25 бэр (бэр – биологический эквивалент рентгена), хотя уверен, что были все 20.
На одной из чернобыльских фотографий он - в солдатской форме, облегающей его плотную фигуру, в пилотке рядом с БАТом. Будучи командиром взвода инженерно-строительной техники, он грамотно руководил людьми, работавшими на этой технике, личным примером показывал, как при минимальных средствах защиты можно было, если и не уберечься от радиации, то свести ее воздействие к минимуму.
После Чернобыля Александр Александрович Агафонов вернулся на родной завод, а когда его фактически закрыли, перешел на «ОСВАР», в инструментальный цех, где и сейчас трудится. Женат, имеет двоих детей. Он не стал инвалидом Чернобыля, нет у Александра и особых наград за ту командировку – жив, и слава Богу! Так многие, даже побывавшие в самом пекле ликвидаторы говорят, хотя если не их награждать, то кого же?
Сергей АПОСТОЛОВ.
