Интересных, с необычными судьбами людей встречаешь иногда на перекрестках районных дорог. К числу таких людей, несомненно, относится Майя Александровна Телегина, проживающая в поселке Октябрьский. Ее здесь все знают, друзья приходят запросто в гости, зная, что дверь старенькой, небогатой квартиры, как и душа ее хозяйки, открыта для хороших людей нараспашку. А их в своей жизни М.А. Телегина встречала немало, и если бы не они, то вряд ли, по ее собственному признанию, выжила бы.
Трудная, сложная, порой трагичная у нее судьба, через тяжкие испытания и потери прошла эта женщина, сильная духом, добрая сердцем и душой. Всего не расскажешь, но какие-то страницы ее жизни все же прочтем.
Она родилась в Шуваловских Озерках Парголовского района Ленинградской области в 1930 году, 8 мая. Может быть, поэтому и назвали ее Майя, хотя у нее было и другое имя – Ата: так звала ее мама, Эльза Вильгельмовна, финка по национальности. Жили Телегины в Ленинграде, отец, Александр Иванович, был начальником снабжения на секретном заводе, мать работала на фабрике «Красная нить» начальником ОТК. В семье росло четверо детей, которым родители прививали самые лучшие человеческие качества: честность, доброту, отзывчивость. Старший брат Борис служил в армии, и, когда началась война с финами, он должен был ехать на фронт. «Мама, как я буду стрелять в них? – говорил он Эльзе Вильгельмовне, отправляясь на войну.
– Сынок, будешь делать, что прикажут, – отвечала она ему сквозь слезы.
А вскоре грянула Великая Отечественная война. В начале июля 1941 года гитлеровские войска были уже под Ленинградом. 1 сентября в школе, где училась Майя Телегина, расположился госпиталь. Ребятишкам дали посильную работу: кому бинты стирать, кому перед ранеными выступать. Майе досталось дежурить на чердаке, где стояли бочки с водой и ящики с песком, чтобы гасить зажигательные бомбы, и она лично погасила две такие «зажигалки». А 8 сентября замкнулось кольцо блокады с суши, и началась беспримерная 900-дневная оборона города.
Конец осени – начало зимы были для попавших в беду ленинградцев самыми тяжелыми: норма хлеба, снизившаяся к концу года в 5 раз, была самой низкой за всю блокаду и составляла 150 граммов черного суррогатного хлеба в день для детей и служащих, рабочие и ИТР получали по 250 граммов.
– Мама посылала меня за хлебом, и я выстаивала очередь, чтобы получить 375 граммов хлеба на троих детей, – вспоминает Майя Александровна. – Дома делили хлеб по маленькому кусочку: съедать нельзя было весь сразу, ведь кроме этого больше ничего не было. Папе с мамой хлеб выдавали на работе, мама не доедала, приносила домой. Однажды мужчина в милицейской форме отобрал у меня хлеб, и я пришла домой с пустыми руками.
Не забыть ей и 12 января 1942 года, когда их увозили из Ленинграда на машинах по льду Ладожского озера. Помнит она, как ушла под лед идущая впереди машина, как их шофер, остановив машину и осмотрев пассажиров, попросил молодого человека открыть чемодан, а, обнаружив там шоколад, велел раздать всем: «Я хочу довезти живых, а не мертвых», – сказал он и повел машину дальше. Отца как служащего оборонного завода на фронт не взяли. Он провожал семью в эвакуацию, и когда на станции всех посадили в вагоны и паровоз тронулся, отец бежал за поездом и кричал: «Эльза, береги детей! Береги!..». Эти слова врезались в память Майи Александровны на всю жизнь.
Путь был долгий. Голодные дети плакали, просили есть. Одна женщина от нервного и физического истощения, потеряв над собой контроль, бросила грудного ребенка с поезда. Состав остановили, ребенок, слава Богу, остался жив.
Две недели голодные и холодные ленинградцы ехали до станции Вязники. Их посадили в машину, присланную с фабрики им. Карла Маркса и повезли в поселок Лосево. На дворе стоял сильный мороз. Майя Александровна помнит, как везший их П.Д. Богданов не один раз останавливал машину и кричал, подбадривая пассажиров: «Все живы? Никто не замерз? Признавайтесь!».
Эвакуированных ленинградцев разместили по семьям. Телегиных приютили, как смогли, жители деревни Кузнечиха Федор Дмитриевич и Александра Васильевна Лющановы, чуткие, отзывчивые люди. «Нас прикрепили к столовой, но мы не могли ходить – до того мы были слабые, – вспоминает Майя Александровна. – Три раза в день приезжала лошадь, чтобы свозить нас в рабочую столовую покормить».
Не успели оглядеться на новом месте – пришла похоронка на отца, он погиб 24 января, когда немцы бомбили их завод. В феврале забрали в армию брата Юрия (он пропал без вести). А потом Телегиных обокрала своя же, эвакуированная - немного материных золотых украшений и что получше из одежды. Все эти несчастья, да еще и малокровие, подорвали силы Эльзы Вильгельмовны, и в том же году, 11 августа, ее не стало.
12-летняя Майя осталась с младшей сестренкой Ольгой на руках. Ее хотели забрать в детдом, но все-таки оставили с сестрой, а Майя, когда ей и 13 лет еще не исполнилось, стала работать в подсобном хозяйстве фабрики им. Карла Маркса, где выполняла посильную работу. Хозяйство сажало картофель, капусту, другие овощи, сеяло лен, просо, овес. Как-то на уборке картофеля она припрятала немного картофеля для сестры, и это не осталось незамеченным. Но директор подсобного хозяйства Михаил Иванович Демидов, фронтовик, вернувшийся с войны по ранению, когда ему «доложили» об этом, понял все сразу и не только не наказал ее, а велел отвезти на лошади ей с сестрой мешок картошки и мешок капусты. А в другой раз, в октябре 1943 года, когда Майя пришла на работу босая (ей просто нечего было обуть), он пошел за два километра на склад и принес ей чулки и брезентовые сапоги, какие тогда пожарным выдавали. Такое добро не забывается.
Худо-бедно пережили сестры Телегины вместе со всеми военное лихолетье, но как ни берегла она свою младшую сестренку, Оля заболела инфекционным гепатитом и умерла. Майя осталась совсем одна, но духом не упала, спасала работа, да и люди встречались на ее пути чаще хорошие.
С благодарностью вспоминает она врача тубдиспансера Василия Ипатьевича Синицына, который, увидев, что ко всем ходят, а к ней нет, и узнав, что она сирота, устроил ей дополнительное питание в профилактории диспансера. Еще в детстве ей должны были сделать операцию по поводу дефекта на лице, даже срок назначили: 22 июня 1941 года. Они пришли с отцом в больницу, а врач извинился – ничего поделать не может – военное положение, и операцию отложили на неопределенный срок. Но настало время, когда без этой операции ей просто не хотелось жить, «хоть в петлю полезай». До сих пор она благодарна Ивану Васильевичу Елюкину, в то время молодому врачу, который ей сделал ту необходимую операцию. Уже нет в живых замечательного врача, специалиста своего дела, а человек, которому он помог, вспоминает его добрым словом и по сей день. Да и как не вспоминать! Он словно подарил ей вторую жизнь.
М. А. Телегина была тогда уже переведена в цех фабрики им. Карла Маркса и стала не просто хорошей работницей, а возглавила бригаду прядильщиц, которая стала передовой. Потом, следуя почину Валентины Гагановой, перешла в отстающую бригаду и вывела ее также в передовые. О ней писали газеты. Стоит привести выдержку из статьи инженера-методиста фабрики Т.А. Авакумовой, и опубликованной в издании ЦБТИ Владимирского СНХ: «М.А. Телегина в совершенстве освоила свою профессию и передовые методы труда. На снятие съема она останавливает машину только тогда, когда наработаны полные катушки. Быстро переводит каретки из одного положения в другое. Подрез нитей производит по всей сторонке аккуратно, оставляя небольшие концы и расправляя их. Машину в ход пускает постепенно, и подрыва нитей со съема почти совсем нет. Этим самым облегчается труд прядильщиц».
Ее опыт стали изучать на других льнопрядильных фабриках района. Не раз передовую работницу награждали грамотами и ценными подарками.
И в ее личной жизни произошли перемены: в 1962 году у нее родился сын, которого она назвала в честь своего отца Александром. В сыне она души не чаяла. Рос он замечательным парнем. Хорошо учился, увлекался спортом, музыкой. Но и тут судьба послала испытание: сын заболел, и диагноз был неутешительный – водянка головного мозга. Какие только пороги ни обивала Майя Александровна, в двери каких светил медицины ни стучалась, и смогла спасти сына. Александр выздоровел, вскоре женился, стал отцом. Он отслужил в армии, вернулся в родной поселок. Но случилась беда – в 1991 году Александр трагически погиб. Единственным светом в окне осталась его дочка Ирина, ее внучка, родная кровинка. И, наверное, не случайно, прежде чем начать рассказывать о себе, М.А. Телегина принесла диплом и благодарственное письмо в рамке - награды Ирины. Надпись на дипломе гласит: «Победителю отраслевого конкурса рабочего мастерства среди рабочих приоритетных профессий предприятий текстильной и легкой промышленности Московской области в 2008 году за наивысшие достижения в труде с вручением ценного подарка».
Эти трофеи, в том числе и чайный сервиз на 12 персон, Ирина привезла в прошлом году из Москвы. Работала она тогда прядильщицей на ООО «Пряжа и трикотаж «Ортекс» в Орехово-Зуеве. Но вскоре предприятие обанкротилось. Устроилась Ирина Александровна на шоколадную фабрику в Покрове, только начала работать – там сокращение, но мастер, видя ее отношение к труду, «отстояла» ее, и она под сокращение не попала.
Есть и у самой Майи Александровны награды, в том числе и правительственные: медаль «Ветеран труда», «За доблестный труд в Великой Отечественной войне», юбилейные и памятные медали, множество грамот, но она их не показывала, не говорила о них – есть и есть. А вот то, что ее внучка в молодом еще возрасте имеет достижения в труде, и люди это заметили – дорого и важно для нее.
Что ж в итоге? Жизнь продолжается. Майя Александровна называет ее медом, но горьким. Здоровье стало уже не то, но она по-прежнему открыта людям, любит поговорить по душам, помнит добро, никогда не забывает людей, которые, каждый по-своему и в меру своих сил, помогли ей. Помогли не пропасть в этой жизни, найти в ней стержень, а потом и самой стать стержнем для кого-то, как ее и привыкли воспринимать близкие, друзья, соседи. Недавно бывшая фабричная девчонка прислала ей поздравление с Новым годом, назвав ее самым дорогим словом «мама».
Жизнь – она разная. Главное – жить в ладу с людьми и со своей совестью.

Сергей АПОСТОЛОВ.