Закрытое письмо о коррупции в эшелонах
По прочтении съесть!

Уважаемый Владимир Михайлович!
Для оказания консультации мною получены Ваши письма, подготовленные в Департамент влияния и внедрения и мэрию города Непужайска Великого по вопросу разрешения обустройства ямы глубиной 125 сантиметров и шириной метр на метр на своём огороде для утилизации отходов, накопляемых семьей.

Вы просите у чиновников Великого Непужайска снять с Вас налог, которым обложены жители в равных подушных долях за использование контейнеров. Вы пишете, что налог составляет 20 (двадцать) рублей, а за оформление документации и подготовки разрешений на обустройство ямы глубиной 125 сантиметров и шириной метр на метр с Вас требуют согласие соседей, решение экологической комиссии, анализа каждой партии отходов на предмет радиоактивности остатков Вашей жизнедеятельности, анализа отходов на предмет отсутствия захоронения падших животных, а также справку о том, что Вы не завозите отходы из-за границы с целью получения прибыли. Кроме того, с Вас требуют карту грунтовых вод в радиусе полтора километра от предполагаемой Вашей ямы, копию карты розы ветров и общий вид прилегающей территории из космоса. Итого: 24827,30 (двадцать четыре тысячи восемьсот двадцать семь рублей 30 копеек).

Подозревая, что у Вас вымогают взятку тем самым, Вы разразились гневным обличительным письмом.

Что можно сказать по прочтении текста?! Понимаю: наболело, проблема не велика, а четвертый год не решается, но Вы зря пытаетесь уязвлять, обличать и критиковать чиновника. Это бессмысленно. Цель-то у Вас какая? Яму выкопать, а не систему в стране исправить. Чиновника бессмысленно бить. Он ни на что не обидится: ему самому теперь впору день продержаться, да может быть еще ночь простоять, чтобы завтра где-то что-то еще хапнуть и спрятать «на черный день». Иначе, вон уже – руки собираются отрубать за взятки, казнокрадство, коррупцию и использования служебного положения.

Неровён час, завтра на лобное место бабу сосновую в три обхвата выкатят, нагрянут с огромной секирой, и будут руки рубить с трансляцией на Европу. Говорят, что уже и рабочее название телешоу готово: «Отруби себе сам».

Чиновника не надо оскорблять, он и так всего ныне боится. В стране же идет плановая деловая дискуссия: рубить или не рубить руки, а если рубить, то – по какое место. А тут Вы с Вашей ямой… Не вовремя это!

Руки обрубать в России – дело, конечно, бесполезное: рубили, как помнится, в Германии правую руку. На первый раз отрубали палец, попался опять – по запястье, а потом уже и по локоть отхватывают.

Действенная мера была в Европе? Очень действенная. По сию пору помнят и боятся взять. А у нас получится? Нет. У нас не получится. У нас будут брать сначала левой рукой, а потом научатся и культёй, да еще и по инвалидности получать пособие станут. Нет, у нас это безнадежное дело. Действенней пороть на площади голыми, но и к этому быстро привыкнут.

Так, что же делать-то, Владимир Михайлович?! Неужели совсем нет выхода?

Есть!

У нас надо, как всегда идти «другим путём». Больше пяти-шести лет нельзя давать чиновнику работать на одном месте. Оптимальный срок оседлости до озверелости – восемь лет. Всё, дальше ничего уже из товарища все равно не получится путного. Он прогнивает на одном месте за этот срок полностью и окончательно!

Поработал замом в администрации Сочи – охолони маненько, поезжай на повышение мэром Салехарда года на четыре с половиной, потом директором фабрики ёлочных игрушек в Петровск-Забайкальский на три года, потом начальником порта в Калининград… Не успеешь только-только обзавестись знакомыми и новыми родственничками, ан - уже саквояж надо паковать снова. И главное – никакой собственности: одеяло – казенное, стол – с инвентарным номером… А хорошо-то как! Есть всё: машина, квартира, дача, и вместе с тем нет ничего. Кроме власти. Этого бремени вполне достаточно.

И так – всю жизнь до пенсии, раз изъявил желание быть чиновником. Только так его можно спасти от дающих несущих снизу и требующих сверху.

Вот – единственный взаправду действенный способ борьбы с коррупцией.

Гуманисты Иван Четвертый и Петр Первый уже пробовали бороться силой: один в речке Белой топил всех подряд, другой по шею закапывал собакам на ночь на обгладывание ушей и носа, – ничего не получилось. Брали и берут.

А почему не получилось? Вы задавались вопросом? Почему чиновник не боится никакого наказания? Нет, он боится, еще как боится, но берёт.

Почему?

ПЕРВАЯ ПРИЧИНА – он в длинной цепочке, из которой вырваться и сам бы кто-то рад был, да уже не может, хоть все конечности ему отгрызи и отруби;

ПРИЧИНА ВТОРАЯ – он повязан в этой цепочке личной заначкой и паем в общем котле. Заначкой он частично поделится на этапе следствия, а котел ни на дыбе и на «Полиграфе» не выдаст, потому, как сам не знает: где и кто этот самый котел содержит. Дадут ему пять лет, сунут не на тот этап, где его немедленно опустят два бугая, (о чем он потом никому не расскажет), а дальше будет лучше: года через полтора выйдет «за примерное» и получит, откуда ни возьмись, из того котла свой пай, наконец.

А может и не получит.

Вот и выходит, как ни крути, что единственное его же спасение – перемещать товарища в пространстве четко по времени, не давая нигде оседать надолго.

Теперь, что касаемо самой сути обращения: письмо о яме выдержано в духе и соответствии со всеми юридическими нормами, а потому – совершенно бесполезное. Не спрашивайте ничего с чиновника. Ему и без Вашей ямы тяжело живется в связи с кампанией отрубания рук. Он-то знает: потом, глядишь, ведь, и за головы примутся. Всё вспомнят тогда, начиная с 1982 года. Это уж, будьте любезны, - как водится у нас исстари.

Нет, Владимир Михайлович, выкопайте с соседом на пару эту несчастную яму без космической привязки. Радиоактивные отходы попросту сушите под яблоней: в солнечную погоду полураспад идет очень интенсивно. А 20 рублей налога платите каждый месяц: чиновнику жить надо.

Шут с ним!

Владимир ЦЫПЛЕВ,
научный сотрудник лаборатории развития коррупции НИИ им. Ивана, Петра и Иосифа.